|
Когда я работал психиатром в маленькой психиатрической больнице, я не мог даже на секунду представить себе, что когда-нибудь увижу Венецию, а уж мысли о том, что я буду бывать там довольно часто, мои коллеги сочли бы бредом величия. Но в нашу жизнь кто-то вносит свои коррективы. И вот я вновь в Венеции, которая стала мне родной, хотя бы потому, что здесь стоит бронзовый "Петрович” - персонаж, к которому я имею прямое отношение. Стоит он в саду моего замечательного друга, почетного консула России в Венеции Альберто Сандретти, стоит, раскрыв объятия, с рюмкой в одной руке и бутылкой в другой. Всем рад!
О Венеции написано много и гениально, так что я попробую только штрихами и только вскользь по-графомански рассказать тебе, дорогой читатель, о Венеции абсурдной.
Итак. Каждый дурак знает, что в Венеции есть площадь Сан-Марко, а на ней голубей как собак нерезаных. Туристы кормят голубей крупой, которая продается тут же в кульках, фотографируются с голубями, когда они садятся на посыпанные крупой голову, плечи и другие человеческие конечности. Гадость редкостная, но туристам нравится. Так вот у меня возник вопрос. Если голуби съедают центнеры крупы, то должны же они где-то гадить? А повсюду чисто… Мне объяснили, что птичий помет смывает дождь и наводнения. Странно, не так часто в Венеции дожди и наводнения, а тысячи голубей за один день должны, по идее, всю площадь загадить в несколько слоев. В общем, вопрос остается открытым. Может быть, вывели специальную породу голубей? Здесь, в Венеции, много непонятного.
Я как-то видел в Венеции, как кошка охотится за голубями. А кошек здесь тоже много. Так вот, представь себе, читатель, что организованная преступная группировка кошек вытеснила с Сан-Марко - центрового места - такую же группировку голубей путем их физического уничтожения и захватила территорию площади. Так часто бывает, как ты знаешь, читатель, у людей в некоторых крупных, но немного отсталых странах мира. Если это произойдет, то туристы будут гулять по Сан-Марко и кормить кошек рыбой и мышами, которых будут тут же, прямо на площади, продавать прямо в кульках. Кошки будут прыгать на плечи и головы туристам, и те, довольные, будут с ними фотографироваться.
А вот еще. Иду я как-то по Сан-Марко, а навстречу мне сэр Элтон Джон со своим другом. Идут вдвоем, по-английски восхищаются. Ни тебе охраны, ни тебе "автограф дайте”. Все по-домашнему. Кого только не встретишь в Венеции, а все потому, что там нет машин и люди, будь они президенты или звезды, ходят пешком, как в детстве. Гуляют в компании друзей или одни. С охраной как-то глуповато будет выглядеть. Вот представь себе, читатель, что наш президент захотел бы пройтись по Венеции, да по той же площади Сан-Марко, например, то что ж, оцеплять все к ней подходы, перекрывать все каналы, сажать снайперов на крышу Дворца дожей? А туристов из разных стран мира на площадь не пускать?
Андрей Столяров, режиссер и автор многих легендарных телепрограмм, которого я тоже встретил в Венеции, рассказал мне, что только что, за минуту до встречи со мной, он видел, как Юрий Михайлович Лужков на соседней улице разглядывает витрину и ест мороженое, которое тает и капает ему на сандалии. Трогательно, правда? А еще встретил я в Венеции одного, некогда известного на всю страну, прокурора, на него еще был другой человек похож из любительского фильма. Он, прокурор, в Венеции был со своей женой, и отмечали они юбилей свадьбы. Милейшая пара. Слава богу, что у них все хорошо, а то я переживал и почему-то стеснялся, когда с женой прокурора здоровался. Венеция всех делает человечнее и добрее, потому что атмосфера обязывает… 
Так что же это такое Венеция - музей или город? Туристы считают, что Венеция - музей. Это те, кого привозят утром, типа "музей открылся”, и увозят вечером, типа "музей закрылся”. Хотя даже если это так, то как приятно в музее ночевать, спрятаться куда-нибудь, дождаться, когда уйдут служители, и бродить одному по залам ночью. Кстати, как-то студентом второго курса зимой со своими друзьями я приехал во Псков и ночевал в мастерской легендарного человека Всеволода Петровича Смирнова, скульптора и реставратора. Мастерская его была в псковской пятипролетной звоннице. Это был настоящий музей с огромный количеством редких и интересных предметов и с посмертной маской Пушкина. Впечатления об этой ночи остались у меня на всю жизнь. Но я про Венецию. Которая для меня огромная квартира, и в которой улицы - это коридоры, а площади - гостиные, и все твое. Кстати, кофейные столики на площади Сан-Марко ночью не убирают, и они тоже твои. Пируй или целуйся на мостах. Может быть, Венеция - город? Но здесь нет дорог, нет машин, нет смога, нет пробок, нет аварий, нет венков на обочинах. Зато можно выпивать с утра до вечера, так как "не за рулем”. Что и делают успешно венецианцы, но по чуть-чуть, и на работе это никак не отражается. И алкоголиков там нет, так, один, два, три - и все их знают, жалеют и любят.
Нет, все-таки это и не музей, и не город, а что-то, для чего, к счастью, еще не придумали названия. В то же время здесь дома, которым сотни лет, у них нет подвалов, и где проходят коммуникации, непонятно. Но при этом все почему-то работает, а у нас в Москве и подвалы есть, и коммуникации там проходят, но часто многое не работает, в подвалах - вода, наверное, из Венеции прибывает. А разговоры о том, что Венеция утонет, на мой взгляд, придумали завистники. Известный архитектор Евгений Асс как-то пошутил: "Хорошо бы каналы не пересохли…” Действительно, хорошо бы. Во многих старых венецианских домах живут потомки известных венецианцев. Иосиф Бродский, например, не раз останавливался в доме графа Марчелло, потомка великого композитора и современника Вивальди. Мне довелось как-то быть в одном палаццо, так там на столе XVI века, на книгах XVII (чтоб повыше было) стоял компьютер, здесь же кресло XV века работы великих мастеров Возрождения, тут же полочка со спортивными кубками. Откуда? Папа хозяйки - чемпион по лыжам. Это его. Все эпохи соединились в одной комнате.
Но в этом же негороде все есть, есть, например, тюрьма, в которой немного посидел наш человек, плохие люди его называют Тайванчиком, а хорошие - меценатом. Тоже, можно сказать, побывал в Венеции. Есть больница, куда ночью на катере "скорой помощи” я с сыном и огромным своим другом Марко вез жену. Катер мчался с такой скоростью, что, казалось, стоял вертикально. Больница тоже старая и единственная, в ней лечились все великие мастера Возрождения и многие там умирали, эта больница и сейчас работает, только с современным оборудованием. Я ходил по ее коридорам, по старому мраморному продавленному полу и было непонятно, в каком я времени. Из палаты старческий голос звал какую-то Франческу, и я понимал, что так было и столетие назад. Наша история закончилась хорошо - точный диагноз, правильные лекарства и ни копейки денег. А у входа в больницу стоит всадник работы Верроккьо, копия которого в первом зале Музея изобразительных искусств имени Пушкина и которого школьником я пытался нарисовать, когда приходил в музей со своим папой. До встречи в Москве. Будьте здоровы. Держите себя в руках.
Источник: http://www.izvestia.ru/
|
